Усть-Кутские истории. Козел Мотя и пьяный пастух

Эта история произошла в нашем городе не так давно и мы не будем персонифицировать ее участников, так как кроме смеха у одного из главных героев, до сих пор не прошла психологическая травма.

Дело было в одном из городских домохозяйств, где хозяева держали молочных коз и козлов на мясо, в том числе и на продажу. Так как коз было довольно много, для ухода за ними нанимали сезонных рабочих, которые временно жили на территории фермы. Естественно, что пастухи эти были люди неблагополучные и бывало иногда после получения зарплаты злоупотребляли алкоголем.

Это не всегда мешало выполнению обязанностей по выпасу коз, так как животные были приучены пастись на побереге и далеко не разбегались даже тогда, когда пастух засыпал под кустиками. Единственный алгоритм, который должны были соблюдать козопас, так это раздельный выпас коз и козлов. Хозяева стада не приветствовали свободное спаривание парнокомпытных, чтобы не было несанкционированного отела в неурочное время, например среди зимы. У коз период вынашивания плода пять с половиной месяцев и из-за этого подпускали их к козлам только поздней осенью, чтобы первый отел и период месячного кормления молоком приплода, по времени совпадал с ростом первой зеленой травы.

Впрочем, раздельный выпас мужского и женского козьего стада, не был никогда проблемой для пастухов. Правда среди козлов выделялся неспокойным нравом фронтмен стада, сильно породистый козел Мотя. Он по своей импортной породе был безрогим, но при этом очень мощным и высоким, чем сильно напоминал осла с короткими ушами. Он иногда пытался прорваться в соседнюю стайку с козами, но пастухи быстро отгоняли его восвояси.

Один раз, в самый разгар лета, пастух остался в одиночестве из-за срочного отъезда напарника на несколько дней и эта отлучка по времени совпала с получением зарплаты. Оставшийся на хозяйстве пастух, был субтильного телосложения и ростом метр пятьдесят и к тому же пьянел буквально от двух пробок, и потом долго приходил в себя. Наверное это и стало причиной того, что он решил нарушить запрет на раздельный выпас стада и выгнал всех на берег одновременно. Это тут же заметила хозяйка с балкона дома и потребовала срочно убрать коз в загон на ферме, а выпасти сначала козлов.

Пастушок тихонько матерясь, все же загнал коз, но перед эти принял очередную дозу алкоголя и с трудом стоял на ногах. После того, как козы были изолированы на ферме от козлиных поползновений, мужик вернулся на берег и попытался угнать оставшихся козлов поближе к реке. Правда это ему плохо удавалось, так как он постоянно падал и с матюгами потом еле поднимался. Если в другое время на его пьяные пируэты из двойных тулупов и акселей, козлы никак не реагировали, то в этот раз все оказалось по другому.

Мощный козел Моты, уже успел нанюхаться молодых коз и был сильно возбужден и наверное зол тому, что не смог немедленно продолжить свой род, хотя и был к этому на 100% готов. Видя как пастух пытается подняться с земли, приподнимая сначала свою филейную часть, Мотя решил не брезговать хоть такой возможностью снять перенапряжение и устремился к стоящему на четвереньках пастуху. Он с ходы попытался спариться с офигевшим от процесса пастухом, но тот снова упал плашмя и начал материть Мотя, что есть силы. Судя по всему, маты не отпугнули козла, а только раззадорили, так как следующая попытка встать у несчастного пьяного пастуха, закончилась еще одной попыткой Моти спариться.

Когда пастух понял, что дела его плохи, он попытался ползком уйти с открытого пространства в кусты и попытаться там встать в полный рост. Видя изменившуюся тактику своего потенциального партнера, Мотя решил пресечь бегство пастуха и зафиксировал его шею передними копытами с двух сторон, а сам начал совершать попытки проникновения в пастуха из положения, когда тот лежал.

Весь этот процесс наблюдала с балкона дома хозяйка стада и не могла реагировать на него ничем, так как умирала от смеха. Правда видя уже сильно бедственное положение пастуха и его крики о помощи, прибежала на берег и отогнала козла Мотю метлой, которую он боялся со времен своего козлиного детства. После этого помогла загнать козлов в стайку, а коз выпустили на выпас.

Приехавший вечером хозяин хозяйства, молча выслушал всю историю о том, как козел Мотя и пастух, чуть не стали парой, хмуро спросил у уже протрезвевшего потерпевшего о том, как о допился до такой жизни, что чуть под козла не попал?

После этого, до самого конца сезона и до осеннего забоя скота, пастух вообще не пил алкоголь и только недобро посматривал на козлов, которых теперь демонстративно недолюбливал. Неудивительно, что именно Мотю он выбрал первой жертвой забоя, так как тот уже был довольно взрослым и оставил потомство, а кормить его в зиму было экономически не выгодно. Только после того, как Мотю разделали на мясо, он позволи себе немного выпить.

Ариэль Эмет